Главная | Форум | Партнеры

Культура Портал - Все проходит, культура остается!
АнтиКвар

КиноКартина

ГазетаКультура

МелоМания

МирВеры

МизанСцена

СуперОбложка

Акции

АртеФакт

Газета "Культура"

№ 34 (7291) 6 - 12 сентября 2001г.

Рубрики раздела

Архив

2011 год
№1№2№3
№4№5№6
№7№8№9
№10№11№12
№13№14№15
№16№17№18
№19№20№21
№22№23№24
№25    
2010 год
2009 год
2008 год
2007 год
2006 год
2005 год
2004 год
2003 год
2002 год
2001 год
2000 год
1999 год
1998 год
1997 год

Счётчики

Палитра

Петербург в старой шарманке

Акварели Василия Садовникова из Русского музея

Сергей ХАЧАТУРОВ


В.Садовников. "Панорама Невского проспекта" (фрагмент). 1835 г.

На любительских фотках, сделанных во время путешествия, все города и столицы мира смахивают друг на друга. Причина в том, что турист снимает город не для вечности, а для собственного семейного архива. Щелкает то, что видит. А видит, как правило, толпу таких же туристов, лавочки с аппетитным товаром, кусочек древней красивой стены, фасад дома с колоннами, физиономии родных и близких, наконец. Потому Париж у него неотличим от Рима. Милан от Вены. Шартр от Реймса.

Впервые в России город глазами туриста представил крепостной княгини Натальи Голицыной (прототипа пушкинской "Пиковой дамы") Василий Садовников. В чем можно убедиться, побывав на выставке в Музее им.А.С.Пушкина. В центре зала - знаменитая "Панорама Невского проспекта" - аттракцион в духе волшебного фонаря. Панорама Садовникова сворачивается в рулон и надевается на ось, вставленную в специальный ящик. Лента пропускается через крышку под стеклом и надевается на другую ось. Весьма, кстати, похоже на принцип работы фотоаппарата или кинокамеры. Или на старую шарманку с тихой, старой мелодией. Крутишь ручку стильного лакированного ящичка, и на крышке под стеклом движутся дома с бисерно выписанными вывесками, тротуары с фигурками всем известных петербуржцев пушкинской поры (ба, да вот и сам Александр Сергеич в цилиндре и с тросточкой), экипажи с лошадьми.

Столичные газеты восторгались: "Эта прекрасная панорама может служить занимательным украшением всякой комнаты, особенно в провинции. Здания срисованы с натуры с удивительною верностию; ни одна вывеска не забыта, ни одна калитка не пропущена... Мы узнали тут многих дам и многих франтов". Такой вот получился семейный портрет Северной Пальмиры.

Семейный уют боится сквозняков. Пространство должно быть камерным и замкнутым. Потому Садовников располагает линию горизонта на уровне глаз проезжающего в карете и предпочитает не перспективу, а именно панораму - цепь стоп-кадров. Перспективные виды на перекрестках Невского становятся монтажными стыками этой фамильной кинохроники.

Известный архитектуровед Григорий Каганов связал культ ближнего плана, культ панорам в искусстве с новой моделью поведения человека в обществе. Время глобальных прожектов и утопий прошло в XIX веке вместе с крахом наполеоновских (в широком смысле) амбиций разных государств. Экспансия ампира, подчиняющего себе параллели и меридианы, всемирные моря и страны (пример - появившиеся в искусстве времен Наполеоновских кампаний милитаристские темы Древнего Египта, Древней Греции), сменилась уютом бидермайра - стиля фарфоровых статуэток, цветочных горшков, оранжерей и романтизма в тапочках. Дальний взгляд сменился ближним. Пародией на созерцательную утопию былых ампирных времен, наверное, может служить гоголевский Манилов. Живя внутри обволакивающей лени бидермайра, лежа на продавленном диване в сальном халате с трубкой в зубах, этот бывший офицер тем не менее чтит традиции перспективного зрения. Он созерцает и строит прожекты. В одном из них фигурирует гигантский мост через реку. В другом - дом "с таким высоким бельведером, что можно оттуда видеть даже Москву и там пить вечером чай на открытом воздухе и рассуждать о каких-нибудь приятных предметах".

Открытый воздух уюту противопоказан. Что и зафиксировал Василий Садовников в своих акварелях с присущим ему мастерством, тонкостью и изяществом. Если созданная в 1835 году "Панорама Петербурга" отличалась известной ритмической, пространственной строгостью, то листы 1850-х годов (интерьеры Юсуповского дворца и др.) напоминают замысловатый узор персидского ковра. Глаз не может свободно путешествовать в глубь изображения. Он постоянно спотыкается о разбросанные тут и там предметы: вазы, диваны, деревья в кадках, тяжелые занавеси, какие-то восточные безделушки, ширмы в готическом стиле... Пестро, пышно и душно. Как в теплице с огненными цветами. Дворцовая оранжерея стала любимым сюжетом Садовникова. Изменился и стиль. Вместо звонких линий и жесткой геометрии - мерцающее марево цветовых пятен, кудрявые расслаивающиеся контуры. Похоже на иллюстрацию к детским сказкам.

Собственно, любимые нами сказочники (братья Гримм и Андерсен) творили тоже в эпоху бидермайра. У них замечательно раскрыта душа того уютного вещного мира, что окружает человека в повседневности, - свинья-копилка и оловянный солдатик, комнатные растения и домашнее рукоделие. Везде господствует культ ближнего плана. Василия Садовникова, конечно же, тоже можно назвать сказочником. Взмахнув своей волшебной палочкой-кистью, мир грандиозной и чопорной петербургской архитектуры он превратил в мир тихих семейных радостей. Бери и вставляй в бархатный альбомчик. Лежи на диване и наслаждайся.

Также в рубрике:

ПАЛИТРА

© 2001-2010. Газета "Культура" - все права защищены.
Любое использование материалов возможно только с письменного согласия редактора портала.
Свидетельство о регистрации средства массовой информации Министерства Российской Федерации по делам печати, телерадиовещания и средств массовых коммуникаций Эл № 77-4387 от 22.02.2001

Сайт Юлии Лавряшиной;